Сергей Пугачев предъявил России иск на 12 миллиардов долларов в счет экспроприированных активов.
Это – объявление войны Владимиру Путину с очевидным риском для себя.
Так кто же он – Сергей Пугачев?
Сергей Пугачев.
В прошлом ближайший советник Путина, считавшийся “банкиром” Кремля. Сегодня он в опале.
В 90е годы его банк управляет состоянием президента России Бориса Ельцина.
В 2000е годы, при Путине, он остается владельцем банка, но к его активам прибавляются верфи в Петербурге, угольные копи в Сибири, и … членство в Совете Федерации.
Интересное смешение жанров на стыке бизнеса и политики, но если человек на “ты” с Владимиром Владимировичем, это не проблема.
Во Франции Пугачев выкупает компанию Hediard для себя, и газету France-Soir для сына.
Но к концу 2000х ветер меняется. Из России веeт холодом. Банк объявлен банкротом, Hediard и France-Soir чувствуют себя ненамного лучше, Пугачев вынужден пойти на переуступку верфей, а самое главное – российское правосудие выдвигает против него обвинение в мошенничестве и хищении средств.
“По данным следователя, Пугачев через подставные организации вывел в офшор 64 миллиарда рублей. И это – не считая 28 миллиардов, которые, по мнению Следственного комитета, он просто присвоил.”
Пугачев покидает Россию и направляется в Лондон, получает французское гражданство, далее отправляется в Париж. Именно здесь, в Париже, недавно провели собрание его адвокаты, заявившие, что их клиент в опасности.
“Надо помнить, почему г-н Пугачев покинул страну. Потому, что у него был серьезный повод опасаться за свою жизнь.”
Не только в опасности, но еще и в розыске. Интерпол (международная организация полиции) выдал международный ордер на арест бывшего российского миллиардера. Ордер действителен в 190 странах, включая Францию.
У нас в гостях Сергей Пугачев, человек, бросивший вызов самому Владимиру Путину.
– Добрый вечер, добро пожаловать.
– Благодарю Вас. Добрый вечер.
– Подать жалобу на Российскую Федерацию – все равно, что подать жалобу на Владимира Путина?
– Да нет, я не подал жалобу на Путина. Именно в рамках международного договора между Францией и Россией – так как я являюсь гражданином Франции – я подал жалобу против Российской Федерации.
– Но Вы, тем не менее, говорите, что сегодня в России нет частной собственности, есть только крепостные, которые принадлежат Путину. А также: если Путин говорит, что он хочет что-то купить, ему нельзя возразить, что это «что-то» не продается.
– Да, я согласен. Это мои слова. Я от этого не отказываюсь. Это мое глубокое убеждение, потому что я потратил достаточно много времени… вложил огромные, миллиардные инвестиции в российскую промышленность… строительство самого крупного центра судостроения в Европе; огромное, самое крупное месторождение коксующихся углей, и в итоге…
– И все это оказалось, по вашей версии, конфисковано…
– Все экспроприировано!
– Я перечислю несколько известных Вам фамилий, некоторые из них на слуху и у нас: Борис Немцов, Александр Литвиненко, Анна Политковская, Борис Березовский… Их всех объединяет то, что они выступили против Путина и умерли насильственной смертью. Вы не боитесь?
– Я жил какое-то время в Лондоне со своей семьей, и, собственно, я уехал из Лондона потому, что были постоянные угрозы, за мной следили, и потом антитеррористическое подразделение Скотланд-Ярда…
– Кто следил?
… обнаружило устройства… Трудно сказать. Но я думаю, что, как минимум, был, может быть, какой-то месседж, чтобы я уехал из Лондона. Вся команда адвокатов, которая работала против России, находилась в это время в Лондоне.
– Вы были в очень тесных отношениях с Владимиром Путиным. Вы даже говорите, что это Вы привели его к власти. Что Вы можете сказать об этом человеке, что не было бы уже известно? Ведь к нему очень трудно приблизиться. Что Вы о нем знаете лично?
– Конечно, несомненно, за столько времени близких отношений я обладаю огромным количеством информации, но я думаю, что, тем не менее, это некий тренд в новой России, в путинской России, когда в тяжелых условиях идет просто передел собственности.
– Вы считаете, Владимир Путин стремится к личному обогащению?
– Это риторический вопрос.
– Ответ простой: да, или нет?
– Я думаю, да.
– У Вас есть этому доказательства?
– Просто я пятнадцать лет с ним общался…
– А у Вас есть какая-то компрометирующая информация?
– Я думаю, да!
– Вы намерены ее когда-нибудь обнародовать?
[Второй журналист:] Скажем… сейчас?! [смех в зале]
– Нет, я не думаю. Просто, это, в каком то смысле, все-таки глубоко юридический и финансовый спор. Я бы не сказал, что в этом есть какая-то интрига персональная… или угроза разгласить какую-то информацию.
– Ваше состояние оценивается в 2 миллиарда долларов. Ваши активы, находившиеся в Великобритании, были заморожены. У Вас были активы в других странах?
– Мои активы составляли 15 миллиардов долларов. До экспроприации. А, собственно, все остальное, все, что происходило после, это защита, так скажем, окружения Путина; тех людей, которые вели эту экспроприацию на протяжении пяти лет с целью защитить себя.
– На какие средства Вы живете? (Если Вы не хотите отвечать на этот вопрос, я могу его переформулировать.)
– Естественно, у меня есть какие-то средства. У меня есть дом во Франции, у меня есть деньги, у меня есть дети, семья, даже мои внуки во Франции. Все oни граждане Франции.
– То есть, Вы вернулись во Францию, потому что Франция не выдает своих граждан? Вы гражданин Франции, вы об этом напомнили в начале передачи. Это вопрос: Вы именно поэтому вернулись во Францию?
– Отчасти – да, отчасти – нет. Я Вам скажу, что, в первую очередь, прецедентов экстрадиции из Великобритании тоже не было. Вернулся я домой во Францию только после того, как Скотланд-Ярд обнаружил взрывные устройства во всех моих автомобилях.
– То, что произошло с Вами, очень похоже на то, что произошло с Михаилом Ходорковским, который провел 10 лет в заключении после того, как у него была отнята его компания ”ЮКОС”. Теперь он живет в Европе. Вы с ним общаетесь?
– Да, я с ним встречался в Лондоне. Я его знаю больше 20 лет.
– А сейчас вы с ним общаетесь?
– Да, общаюсь.
– Похоже, что для Вас это не слишком важное общение… Какой, по-Вашему, у Вас шанс получить деньги через Гаагский трибунал? Ходорковский попробовал, Россию уже приговорили в 2014 г. выплатить экспроприированным владельцам печально известного “ЮКОСа” 50 миллиардов долларов в качестве компенсации, но пока что этот штраф не был оплачен. Вы думаете, что у Вас получится?
– Я уверен, что у меня получится. Более того, я думаю, что так или иначе и “ЮКОС” получит свои деньги. То есть, Ходорковский. Просто на сегодняшний день некоторые юридические проблемы возникли в связи с тем, что эти претензии были объявлены в рамках энергетической хартии.
– Xорошо. Мы, конечно, будем следить за развитием событий. Надо сказать, что хочется пожелать Вам смелости, потому что она Вам понадобится. По крайней мере, мне так кажется… когда выступаешь против самого Путина.
– Спасибо, спасибо огромное Вам за приглашение. Это кстати, интересное совпадение, потому что сегодня была новость про «Мистрали»… Эти «Мистрали» как раз я построил и я подписывал это соглашение. Построил на своих верфях, которые впоследствии были экспроприированы.
– Вот. Круг замыкается! Большое спасибо, что Вы согласились ответить на наши вопросы.
– Спасибо.